Table Of ContentИЙ ОВ ЛКАЕДВУДА С
ИЯ Р О Т С И
го ондо
ФА ИМ
ИЙ ОВ ЛКАЕДУВДАС
ИЯ РОТСИ
ОДНОГО МИФА
ки речО
ой кссуры рутаретил
XIX - XX в.в
3
ББК 63.3(0)
ДЮ
Под общей редакцией ДА. ЧЕРНЯХОВСКОГО
Издание но елвггеещусо
при содействии да ноФ Дж.Сороса
за счет средств автора
ов кадуД СЮ.
Д 10 История одного мифа: Очерки русской литературы
XIX — ХХвв. - М.: Наука, 1993. - 282 с.
ISBN 5-02-009738-1
Автор ой меагалдерплю етатичи,гинк ый нтсевий зиксьлиарзиый нечу
ий леваСов кадуД подробно и корректно ал воризиланаорп особенности
ия тивзарры утаретил и -онневтсещбоой ксечитилопли сымии ссоРой ротв
ны иволоп XIX - ла ачан XX в.Особое ие наминв уделяется массовой
ке итсиртеллебэтого и,немерв ям инедевзиорпне ыных тыбазей летасип -
"го оротва"дяр Вс. Крестовского, Б. а,чивекраМ JC. Эфрона, Н. Вагнера
и р.д
„0503010000-213
ББК 63.3(0)
Д 042(02Ь93 3акаМ0С
© СЮ. Дудаков, 1993
© Российское академическое
ISBN 5-02-009738-1 издательство "Наука", оформление,!993
Обязательней
экземпляр
Незабвенной памяти
профессора
Шмуэля Эттингера
ТО СЕМВ ИЯ ВОЛСИДЕРП
та обаР С. ва окадет уяДлватсдерпсобой ое нришбое,инаводелсси явсоп
щенное ии ротсиой нневтсещболи сыми ры утаретилв ии ссоРXIX-XX в.в
Тема, ая ннарбзи автором, ранее ми акиротси не сь алавиртамссар в це
лом, - ны тсевзи шь ил отдельные очерки того ли и иного да оиреп ли и
ки итсиреткарах ых ньледто в.оротва ко андО общей ны итрак ия тивзар
антисемитской "и"лсым не было, и уже это - немалая заслуга
С. а.вокадуД Четырехтомное ие наводелсси на оеЛ ва окялоП "ия ротсИ
а"мзитимеситна - уд ртто сичй,иксечиротси он дь юнто не ет урирукнокс
работой С. а.вокадуД К му от же С. ов кадуД дает хотя и сжатые, но
ые ньлетяотсбо и ые нчотки итсиреткарахда ярых нсеретнив.оротва К их
лу сич относятся ий ксвалцежрП (ы,цинартс му е посвященные, заме
чательны), Н.Я. й,иксвелинаД Я. Брафман, .БМ. ч,ивекраМ Вс. Крес
й,иксвот .СК. -норфЭн,ивтиЛ .СА. ус лиНи р.д ый джаК из их тэ ов ротва
ет авижулсазсерьезного я,инечузи ак кбы ни ли ыбы,нрагьлув пы еленего
еи дии и.ироет С. в,окадуД ак ко,ливарп умеет ть ижолзиые нбеджарвму е
ды ялгзв с ым ньлетивиду хладнокровием, уравновешенно и логично.
О том, что ый джакиз ых ннавзанов ротва- злодей, на совести которого
мы оргоп и я,регал ся еишвазаком,еивтсделс сь олазак бы, ых ннечелвто
й,инеджуссар ль етатичет анзу из строгого го оксечиротсия:инавовтсевоп
ор тване ет авызяванму еих овсй,ицомэ не ет яловзопсебе ых нчинорили и
ых ньлетирзерпй.инежарыв А дь ево ых ротокен из их нмы им нмопло ам
ли и знаем о их н из х,игурд ых вичнамбо контекстов. Так, например,
Болеслав ич векраМак кроманист-юдофоб совершенно забыт. ая ктарК
Литературная энциклопедия (1967 .г) сообщает, что он доносил на
деятелей освободительного я,инеживд злобно третировал а-вокытлаС
а,нирдеЩ в,окиндоран а,венегруТие ксечитал ссиы,лниамипоргинитна де г
ми ыньлетижолоп ми яорегсь илавызако-ытсихраном.ытаркотсира.. По
нятно, что в брежневское мя ерв слово "й"ерве было под ым нсалген
запретом; ко андока варпсо че ивекраМит довзиорпие нелтачепвть учли
не комическое: выходит, что по отношению к Маркевичу слово
"т"имеситна о.минемирпен А дь ев это ое нвалг его о!втсйовс ич векраМ
ен тсевзив ии ротсиой кссурры утаретилря адогалбу,мот что А.К. ой тслоТ
ал тичс его им овс ым мас им кзилб ом гурд и ал сипан му е множество в
ей шсыв ни епетс ых ньлетажредос м.есип С. ов кадуДво илдеварпс заме
чает, то ч А .Кму отслоТ зм исар его га урд ыл б н.етяирпен ля Д ов варн
го олшорпка ево,нреткарах о,кандо то чые миримирпенв ом ксечиголоеди
5
не алки пинвиторли пгомть аие викжсрьедлдеотпяиря,ипнешонто ть ажаву
и даже ть ибюлуг рда.гурд
Вообще С. ов кадуДхорошо, даже о,рдум ет уризиланады ялгзвих кссур
писателей, не сь яашалгос с общепринятой оценкой их отношения к
м.яерве Его из ланаия неровтохитс А.С. на икшуП"ая нреЧь"лаш убеди
телен, ак ки разбор 'са араТы"бьлуБ Н.В. .ялогоГ..
(Из отзыва почетного профессора
X Парижского университета Е. Эткинда)
Работа выполнена в Иерусалимском университете
под научным руководством профессора Илиягу Сермана
и профессора Беньямина Пинкуса
ИЕ НЕДЕВВ
»••
Несмотря на множество установленных современной наукой фактов
заимствований из западноевропейских источников (де Муссо, Жоли,
Дрюмон, Г£дше и др.) и при наличии прямого плагиата (по мнению
П.Н. Милюкова, около 40% текста)1, аспекты историко-литературного
происхождения на русской почве "Протоколов Сионских мудрецов" абсо
лютно не изучены.
Широкое распространение "классического" труда С.А. Нилуса в совре
менном (особенно арабском) мире и реанимация идей "полицейского"
сочинения в так называемых антисирнистских работах советских авторов
определяют специфические цели и задачи данного исследования, посвя
щенного одной из самых модернизированных теорий человеконе
навистничества.
Пожалуй, в основе политологического мифотворчества нынешних анти
семитов можно различить ва д потока разнонаправленных и поэтому не
сопоставляемых историко-литературных традиций.
С одной стороны, "плагиат" Нилуса объявляется "оригинальным"
именно в лу ис того, что полностью игнорируется возникновение и ста
новление с конца XVIII в. мифа о "жидо-масонском загЬворе" в лите
ратурных ях инасипих кссур "патриотов".
С другой стороны, акцентирование внимания читателя на западноев
ропейских параллелях "протоколов" позволяет объявить их чуть ли не об
щепризнанной доктриной, не требующей дополнительных доказательств
существования подобного "еврейского" заговора против всего мира.
Таким образом, уяснение собственно русской природы и генезиса "Про
токолов Сионских мудрецов" представляется важнейшей научной проб
лемой в истории антисемитских идей. Вот почему автор предлагает не
очередной библиографический указатель по определению новых дати
ровок публикаций "Протоколов" ли иже выписки и цитаты, позволяющие
установить "авторство", а сугубо оригинальную концепцию мессианско-
беллетристического развития антисемитских ей див России, естественным
"венцом" которого, в отличие от пасквилей и памфлетов европейских
писателей XIX в., стал "труд" С.А. Нилуса, завоевавший "умы и сердца"
эпохи тоталитарных государств и геноцидов.
Несомненно, благодаря многочисленным разоблачениям фальсификации
7
С.А. Нилуса в работах русских критиков "Протоколов Сионских дум
рецов" (П. Милюкова, В. Бурцева2, Ю. Делевского3 и др.), а также в
работе французского ученого Роллина4 и, особенно в фундаментальном
ии наводелссиН. Кона5, "е"оксйецилоп ие неджохсиорп "Протоколов сноиС
их к мудрецов" не вызывает сомнений. Однако в зи явс с малоизученными
проблемами возникновения и развития их кстимеситнаей див ии сссоРи при
достаточной "забытостм" ой кссур антисемитской беллетристики второй
половины XIX в. (Б. Марксвич, Вс. Крестовский, Н. Вагнер и мн. др.) и
первой четверти XX в., вопрос о генезисе "Протоколов Сионских дум
рецов" решался эклектично и антиисторично.
В результате этого создалась ситуация, при которой принципы
литературоведческого историзма были преданы забвению. Но ведь хоро
шо известно, что, например, заимствования ом рипскеШ сюжетов из датс
их кили же итальянских ик норх не делали его ия недевзиорп ни "датскими",
ни "итальянскими". Поэтому шекснироведы, вполне обоснованно, искали
ответы на ои вс вопросы в ии ротси английской литературы, а не в зару-
беленых ""хакинчотси .
Примерно так же обстоит дело и с вопросом о российской природе
"Протоколов", ответ на который следует искать не в творчестве
Д. Ретклифа ли и М. Жоли, а в мемуарах О. Пржецлавского и романах
Вс. Крестовского, бо и геополитические еи ди "пангерманизма" и "пансла
визма" явились следствием реальных исторических событий, в фокусе
которых "противостояние" ии ссоР сперва Франции, а затем Германии в
середине XIX .в, было к концу столетия трансформировано в "про
тивостояние" православной и "мсссианско избранной" ии ссоР иезуитско-
католической - масонско-рсспубликанской - жидовско-каниталистической
Европе.
Триумфальная экспансия в Европу сугубо российской интерпретации
"жидо-масонского" заговора оказалась ем ивтсделстой большевистской ре
волюции, которая, заимствуя мессианско-гсополитичсскую "роль" ии ссоР
(к тому времени ставшей СССР), не могла не привести к новому про
тивостоянию "тюрьмы народов" и Европы.
Таким образом, концепция и предложенный филологический анализ ри п
широком использовании историко-беллетристического материала, мало
известного даже в кругах их кзу специалистов, логика историко-лите
ратурной последовательности произведений забытых авторов прошлого
столетия и очерк творчества современных советских писателей (естест
венно, объем научного труда не позволял упомянуть ех св авторов и се в
произведения) составляют методологические основы я.инаводелсси
Особенное ие наминвавтор ил ледуисториографическому анализу работ,
содержащих в той или ой ни степени дефиниции не только "жидо
масонского заговора", но и бо угусимперского отношения к евреям и.иссоР
При этом, опираясь на труды Л. Полякова6, автор представил "русский"
8
генезис "Протоколов" в качестве важнейшей составной части процесса
формирования юдофобских идей, а литературный опыт творцов
докладных записок, рапортов и доносов , так же как и проникновение по
добных взглядов в беллетристику, связал с определенными характе
ристиками конкретной историко-политической и.ицаутис
Следует сказать, что исследование этой проблемы строилось на хроно
логическом описании фактов и явлений, естественно обусловивших этапы
работы и главы исследования:
1) общественно-политическая мысль конца XVII - начала XIX в. и
происхождение ей дио "-одиж ом ксносам заговоре" в и;иссоР
2) идейно-беллетристическое оформление антисемитизма в русской ли
тературе второй половины XIX в.;
3) "документализм" и "фактография" свидетельских показаний "фи
зиологического очерка" 70-90-х годов XIX в.;
4) революционная ситуация в России и "охранительная" литература;
5) "Протоколы Сионских мудрецов" в современных тоталитарных
обществах.
Конечно, очерк об антииудейской литературе XI-XV вв., как и рассказ
о масонской литературе в эпоху становления Российской империи,
являются необходимым и закономерным введением в тему, асоциально-
идеоло-гический анализ "творчества" советских авторов-антисионистов
подводит итоги логического развития мифа о "всемирном еврейском
заговоре".
АНТИИУДЕЙСКАЯ ЛИТЕРАТУРА
ДРЕВНЕЙ РУСИ
Антииудейская полемическая литература (полемическая в смысле рели
гиозном, а не национальном) возникла на Руси почти сразу же после
распространения христианства. "Импорт" староболгарских и греческих
(византийских) литературных образцов способствовал быстрому ста
новлению подражательных и компилятивных жанров, следствием чего, в
конечном счете, стало летописание, а затем и апологетические сборники.
Христианизация си уР "на византийский манер" должна была вызвать у
их кссур книжников желание обосновать "благодать" просвещения.
При этом, в отличие от эпохи раннего христианства в Западной и
Восточной их ксмиР империях, в которых апологетам нового учения приш
лось столкнуться с сильнейшим противодействием блюстителей "закона"
(напомним, что первые пропагандисты христианства вышли из иудейской
среды), Русь не только не была знакома с иудейской традицией, но и
плохо представляла их мас иудеев7.
Именно в этом крылись причины возникновения абстрагированных от
реальности антииудейских идей в древнерусской литературе: евреи не
грозили ни прозелитизмом (запрещенным в их среде), ни достаточным в
9
